Сначала дрожали стекла, потом небо закрыл дым: что известно к утру
Серия хлопков разбудила жителей Володарского еще до рассвета. Работала ПВО. «Стекла дрожали, я выскочил на улицу — а над станцией уже поднимался столб черного дыма», — рассказал местный житель. Дым виден из Раменского, Жуковского, Лыткарино, Подольска и Домодедово. Зарево стоит над сельскими поселениями Володарского, Константиново и Чулково.
Горит линейная производственно-диспетчерская станция «Володарская» — та самая, которую в соцсетях упорно ищут по запросу «НПЗ Володарская». Технически это не завод, а крупнейший в Подмосковье перевалочный узел: через него по трубам гонят автомобильный бензин, авиационный керосин и дизель. Годовой товарооборот — около трех миллионов тонн. Продуктопроводы связывают станцию с тремя столичными аэропортами: Внуково, Домодедово и Шереметьево.
Порядок событий восстановить несложно. Ночью Подмосковье пережило массированный налет беспилотников самолетного типа. Мэр Москвы Сергей Собянин сообщил: с вечера до пяти утра к региону шли 650 дронов. Большую часть сбили на дальних рубежах, еще 105 — на подлете к городу. На время атаки приостанавливали работу все четыре столичных аэропорта. И уже потом, когда небо стихло, пришли первые сообщения о возгорании на станции.
Что известно о самом объекте
«Володарская» входит в систему «Транснефтепродукта». Огонь, по сообщениям мониторинговых каналов, охватил несколько резервуарных емкостей с горючим. Место возгорания привязали к территории станции у села Константиново Раменского округа — по геолокации опубликованных видео. Официального подтверждения от оператора пока нет.
К площадке стянули усиленные пожарные расчеты, высотную технику и спецпоезда для тушения нефтепродуктов. Задача наземных служб — не дать пламени перекинуться на соседние хранилища. Они связаны единой сетью, и это главный риск: одно звено тянет за собой остальные. Оперативный штаб на месте собирает данные о площади пожара, разрушениях и судьбе дежурной смены.
К утру дым все еще виден. О том, когда удастся локализовать очаг, не сообщается. Похожий сценарий уже отрабатывали в марте прошлого года на Кубани: тогда нефтехранилище в Кавказском районе горело четыре дня после падения обломков. В июле этого года полыхала нефтебаза в Армавире. Подмосковный объект крупнее обоих, и последствия для топливного баланса региона могут оказаться чувствительнее.
Пока официальные ведомства отмалчиваются, в сети множатся версии. Одни говорят о прямом попадании, другие — о падении сбитого дрона. Разница принципиальная, но проверить ее сейчас нечем. Жителям окрестных сел советуют не открывать окна: гарь от горящего керосина и бензина — не тот воздух, которым стоит дышать. Следующие сутки покажут, насколько серьезно повреждена инфраструктура станции.