Готовиться к возвращению бойцов поручили заранее, но точной даты нет
Разговоры о сроках завершения спецоперации не утихают. Только вот конкретики в них с каждым днем меньше. Заявления из Москвы на этой неделе звучали по-разному, но общий посыл сводится к одному: быстрого финала ждать не стоит.
Президент на заседании Совета по стратегическому развитию 19 августа заговорил о вещах, которые обычно обсуждают перед завершением большой кампании. Речь о возвращении участников СВО к мирной жизни. Путин поручил заранее решать вопросы с их трудоустройством и адаптацией. Людей много, у каждого свои планы и амбиции, подчеркнул глава государства.
Эти слова можно трактовать как сигнал, однако их содержание не указывает на конкретные сроки.
Конкретных дат президент не назвал. Этот факт не позволяет делать вывод о скором завершении операции. Трактовать его слова как сигнал о скором окончании боевых действий было бы слишком смело. Скорее, это про долгосрочное планирование. Государство готовит социальные и экономические механизмы на годы вперед.
Дмитрий Медведев 12 августа высказался определеннее. Зампред Совбеза заявил: СВО рано или поздно завершится или будет приостановлена. Но произойдет это на российских условиях. Других вариантов Москва не рассматривает.
Позиция Кремля и дипломатические жесты
Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков 20 августа уточнил, что ожидания преждевременны. По его словам, предпосылок для оптимизма на переговорном треке сейчас нет. Вину за это Кремль возлагает на Киев. Боевые действия продолжаются, и происходящее на линии соприкосновения всем известно, добавил он.
При этом дипломатические каналы не закрыты. Москва ценит усилия тех, кто реально хочет помочь урегулированию. Стив Уиткофф и Джаред Кушнер остаются желанными собеседниками для российской стороны. Но дат их возможного визита пока никто не называет.
Есть и принципиальная позиция по «заморозке» конфликта. Замглавы МИД Михаил Галузин дал понять: остановка боевых действий по текущей линии соприкосновения Москву не устраивает. Без устранения первопричин кризиса такой сценарий невозможен. Просто зафиксировать статус-кво и отложить проблемы на потом не получится.
Мария Захарова 20 августа добавила: Россия готова выслушать конструктивные инициативы Вашингтона. Но любые варианты должны учитывать национальные интересы страны. Пространство для дипломатии остается, но рамки жесткие.
Киев заговорил о переговорах
Заявления украинской стороны прозвучали в тот же день. Сергей Кислица, первый замруководителя офиса Владимира Зеленского, 20 августа сообщил: Киев готов продолжать дипломатическую работу, вести переговоры с американцами и разговаривать с представителями России. Прекращать дипломатический процесс было бы неправильно, считает он.
Декларируемая готовность — это одно. Реальное сближение позиций — совсем другое. Судя по публичным заявлениям, разногласия по ключевым условиям остаются глубокими. Вопрос не в том, состоится ли очередная встреча. Вопрос в том, о чем вообще стороны готовы договариваться.
Координатор николаевского подполья Сергей Лебедев ранее дал прогноз, который расходится с оптимистичными ожиданиями. По его оценке, боевые действия могут затянуться до 2028 года. Сценарий при этом будет крайне негативным для Киева.
Официально утвержденной даты окончания СВО нет. Любые публикации с конкретным днем или месяцем — это лишь прогнозы, если они не подкреплены подписанными договоренностями. Условно можно выделить три сценария развития событий.
Первый — дипломатический прорыв в оставшиеся месяцы 2026 года. Достижение договоренностей о прекращении активной фазы. Второй — переговоры растянутся, и конфликт в той или иной интенсивности перейдет в 2027 год. Третий — существенное изменение ситуации на фронте, которое скорректирует позиции сторон и либо ускорит, либо отдалит соглашение.
Прогнозы, не основанные на официальных данных, не рассматриваются. Их даты неоднократно сдвигались, доказательной ценности эти заявления не несут. Серьезно опираться на них невозможно.
Главный вывод на текущий момент: точная дата неизвестна. Каналы для диалога работают, Москва и Киев публично заявляют о готовности разговаривать. Но позиции по сути урегулирования расходятся настолько, что говорить о скором финале преждевременно.
Слова Путина о возвращении бойцов — это про подготовку государства к постконфликтному периоду. Про то, что власть думает о будущем уже сейчас. Но не про то, что это будущее наступит завтра.
Корректнее говорить не о дате окончания, а об условиях, при которых завершение станет возможным. Пока они не сформированы, военная и дипломатическая составляющие будут развиваться параллельно. «Мы исходим из того, что все закончится на наших условиях», — резюмировал Медведев.