ВСУ применили против российских объектов беспилотники с кассетными снарядами и автономным наведением
На днях в Ленинградской области специалисты разобрали обломки сбитых беспилотников. Картина оказалась знакомой — корпуса кустарной сборки, провода, платы. Но начинка заставила задуматься. Вся электроника, включая ключевой модуль управления, была американского производства. А в качестве боевой части использовался не самодельный заряд, а штатный кассетный снаряд НАТО.
Это не просто очередной дрон-камикадзе. Это система, где роль пилота выполняет искусственный интеллект. Оператору нужно только указать цель на карте. Дальше машина всё делает сама: прокладывает маршрут, обходит зоны подавления сигнала, находит объект по внешнему виду и поражает его.
Средства радиоэлектронной борьбы в этом случае бессильны. Вы не можете заглушить то, что не общается с оператором в реальном времени. Дрон летит по заранее заложенной программе, а финальный участок работает на машинном зрении.
Читайте также:
Отпуск на линии фронта: почему уход Гладкова в отгулы взбудоражил Белгород"> Военблогер Воевода: предсмертное видео, исчезновение и сомнения в суициде"> Весенняя оборона: как выгнать вредителей из теплицы до посадки"> Перцы после высадки поливаю одним хитрым настоем: урожая так много, что приходится ...">
Сердцем этой системы стал модуль Skynode S от американской фирмы Auterion. Это не просто навигационный блок. Это целый вычислительный комплекс, который анализирует изображение с камеры, сопоставляет его с цифровой картой и принимает решения. Если спутниковая связь пропала — дрон не теряется. Он продолжает полёт по запрограммированным координатам, а когда подлетает к цели, включает оптическое распознавание. Видит портовый кран или ангар — идёт на него.
Боевая часть тоже вызывает вопросы. Раньше на таких дронах ставили осколочно-фугасные заряды кустарного изготовления. Теперь — серийный 155-миллиметровый кассетный снаряд M864. Весит он около пятидесяти килограммов и несёт внутри 72 суббоеприпаса. Это кумулятивные и кумулятивно-осколочные элементы. При подрыве на высоте они покрывают осколками и струями металла огромную площадь. Для защищённых портовых терминалов, складов горючего или аэродромов такая атака — серьёзная проблема.
Эффективность кассетного боеприпаса с беспилотника выше, чем при стрельбе из гаубицы. Артиллерийский снаряд летит по навесной траектории и рассредотачивает элементы где придётся. Дрон же может подойти к цели на низкой высоте, зайти с оптимального ракурса и подорвать заряд именно там, где нужно для максимального урона.
Военный аналитик Роман Качанов в разговоре с «МК» назвал это новым уровнем автономных систем. Речь идёт не об одном умном дроне, а о концепции роевых атак. Группа таких аппаратов может быть запущена одновременно. Они распределяют цели между собой, обмениваются данными, обходят препятствия. Поставить помеху всей стае практически невозможно.
Это меняет расклад в противостоянии средств нападения и защиты. Традиционная противовоздушная оборона настроена на обнаружение и сопровождение целей радарами. Маленький, низколетящий дрон из материала, плохо отражающего излучение, — сложная цель. А когда их много, и они действуют согласованно, задача для расчётов ПВО усложняется в разы.
Эксперты, изучавшие инцидент, сходятся в одном: систему противовоздушной обороны нужно адаптировать. Одних радаров недостаточно. Требуется объединить в единую сеть радиолокационные станции, оптико-электронные комплексы, средства радиоразведки. Сеть должна автоматически обнаруживать рой малых целей, классифицировать угрозу и наводить на неё средства поражения — будь то зенитный ракетный комплекс, скорострельная пушка или собственный перехватчик.
Ключевым становится вопрос технологий машинного зрения. Чтобы бороться с автономным дроном, нужен автономный же перехватчик. Аппарат, который сможет самостоятельно преследовать цель, не полагаясь на непрерывную связь с командным пунктом. Разработки в этой области ведутся, но новая реальность требует ускорения.
По сути, мы наблюдаем рождение нового типа оружия. Гибрид дальнобойного беспилотника, кассетного боеприпаса и искусственного интеллекта. Оружия, способного атаковать удалённые объекты в обход традиционных рубежей обороны.
Опасность таких систем не только в их эффективности. Они относительно дёшевы в производстве, их можно собирать большими партиями. Угроза массированных атак с разных направлений становится реальной. Ранее сообщалось, что ВСУ планируют нарастить парк беспилотников до значительных количеств. Если хотя бы часть из них получит подобные автономные возможности, нагрузка на систему ПВО возрастёт экспоненциально.
Ответ должен быть комплексным. Это и развитие средств радиоэлектронного подавления новых типов, и создание сетевых систем обнаружения, и ускорение работ по своим интеллектуальным платформам для беспилотной авиации. Борьба с роем дронов — это уже не задача для одного расчёта с переносным комплексом. Это задача для целой экосистемы средств противовоздушной и радиоэлектронной борьбы.
Случай в Ленинградской области — это не просто эпизод. Это демонстрация того, как будет выглядеть конфликт ближайшего будущего. Где главную роль играют не пилоты в кабинах, а алгоритмы в микросхемах. И к этой реальности нужно быть готовым.