Восемь, десять, восемнадцать: как считали сбитые цели над столичным регионом
В ночь на 3 ноября подмосковные расчёты ПВО работали по воздушным целям. Первые сообщения о сбитых аппаратах появились ближе к полуночи, дальше волны шли одна за другой — с короткими паузами и нарастающей плотностью.
По данным мэра Москвы Сергея Собянина, дежурные расчёты вступили в дело около 23:04. Тогда уничтожили восемь дронов. Следом — ещё десять, затем столько же. А потом самую крупную за ночь партию: восемнадцать единиц.
Атака не остановилась и в глубокие ночные часы, продолжилась под утро. Отражены новые волны: семь аппаратов, шестнадцать, пятнадцать, тринадцать. Суммарно за ночь речь идёт о десятках воздушных целей. Официальных данных о едином итоговом числе пока нет.
География молчания. Собянин ни разу за ночь не назвал ни района, ни населённого пункта, где упали обломки. В каждом сообщении — одна и та же формулировка: на месте работают специалисты экстренных служб. О пострадавших, погибших, повреждённых домах, машинах и объектах инфраструктуры на утренние часы не сообщается. Нет сведений и об отключениях света или воды.
Жители Подмосковья и мониторинговые каналы всю ночь публиковали сообщения о взрывах. По их словам, активная фаза началась ещё вечером второго ноября. Это наблюдения очевидцев, официального подтверждения им нет. Точные места работы ПВО власти не раскрывают.
Что стоит за цифрами. Беспилотники самолётного типа — не та категория, что коптеры. Это аппараты с крылом, дальним радиусом и более серьёзной боевой частью. Именно такие цели сложнее перехватить на подлёте, и именно их обычно запускают волнами, чтобы растянуть работу расчётов и найти брешь в прикрытии.
Налёты повторяются: 25 октября, 6 октября, 1–2 ноября, теперь 3-е. Шестого октября Подмосковье пережило одну из самых тяжёлых серий за осень. Первого и второго ноября фиксировались новые группы аппаратов самолётного типа.
Счёт на десятки и что он значит для региона
Цифры Собянина складываются в понятную тактику. Первая волна — разведка боем и попытка вымотать дежурные смены. Дальше — наращивание массы, пик из восемнадцати единиц, затем длинный хвост из средних партий. Такой график говорит о том, что запуск шёл не единым пакетом, а растянуто, с интервалами.
Все волны отразили. Но нагрузка на экстренные службы и риск для людей внизу остаются. Каждая такая ночь — это работа экстренных служб на местах падения обломков, риск для людей внизу и нагрузка на инфраструктуру. Когда официальные сводки ограничиваются фразой про специалистов, у жителей остаётся только один источник — собственные глаза и уши.
«Гудело несколько раз за ночь, — рассказал житель одного из районов Подмосковья. — Свет не выключался, но звук был такой, что не уснуть».
Официальных подтверждений этим словам нет. Как нет и данных о том, сколько именно аппаратов шло на регион изначально — ПВО отчитывается только об уничтоженных. Оставшиеся цифры, если они есть, остаются за кадром.
К утру сводки прекратились. Последняя волна из тринадцати целей — и тишина. Специалисты продолжают работать на местах падения обломков, власти не раскрывают адресов.